Фрегаты: корабли-универсалы 

Линейные корабли не единственные в парусных эскадрах. Не менее полезными оказались и ко­рабли других классов, среди которых особое место заняли корабли среднего водоизмещения, но далеко не средних возможностей — фрегаты универсалы, как правило, вошедшие всего лишь в 5-й ранг.

Корабли золотой середины 

Любой парусной эскадре были нужны корабли, способные за счет большей, чем у линейных кораблей, скорости вести раз­ведку, а в случае необходимо­сти — бороться с одиночными кораблями и судами против­ника. При этом в крупном бою действовать они должны были обязательно в линии.

Условное изображение корабля бретонских пиратов - прототипа как французских, так и английских фрегатов
Условное изображение корабля бретонских пиратов — прототипа как французских, так и английских фрегатов

Столь противоречивые на пер­вый взгляд требования привели в начале XVII в. к появлению фрегата, получившего название от латинского слова fregi — «ло­мать», «сокрушать» (в данном случае не столько противника, сколько волну). Правда, есть у этого термина и иное толкова­ние: fragta — «открытая», которое полностью соответствует герою- фрегату, так как первоначально он обладал лишь открытой орудийной палубой.

Появление фрегата как клас­са боевых парусных кораблей универсалов весьма противоречиво. Мы уже говорили о том, что в голланд­ском флоте во время войн с Англией появились корабли более быстроходные, нежели линейные, но куда менее вооруженные, чем они, и предназна­ченные для репетования сигна­лов флагмана, а также ведения разведки и дозорной службы.

Предположительный вид первого британского 32-пушечного фрегата «Уорвик» с закрытой фальшбортом открытой орудийной палубой
Предположительный вид первого британского 32-пушечного фрегата «Уорвик» с закрытой фальшбортом открытой орудийной палубой

В то же время пресловутые Англо-голландские войны по­требовали появления особого типа боевых кораблей, способ­ных бороться с морской тор­говлей противника. Теоретиче­ски делать это мог абсолютно любой боевой корабль, даже самый маленький, который за счет лучшей подготовки своего экипажа и организации службы по определению был мощнее любого «купца». Но отвлекать для такой специфической цели линейные корабли не мог по­зволить себе даже самый успешный адмирал в самой богатой и сильной стране, а вот выделять на эти цели ма­ленькие кораблики не позво­ляла их ограниченная автоном­ность. К тому же не забывалась в XVII в. и необходимость борьбы с пиратами, которыми кишели воды Атлантики и Сре­диземного моря.

Рекомендуется к прочтению: Пираты — правдивая история

Все эти факторы настоятельно потребовали иметь в составе военных флотов некие универ­сальные по исполняемым за­дачам, но при этом средние по вооружению, размерам и стои­мости боевые парусные кораб­ли. Именно таким кораблем золотой середины и оказался фрегат.

46-пушечный фрегат Азовского флота «Крепость» постройки 1699 г.
46-пушечный фрегат Азовского флота «Крепость» постройки 1699 г.

Помимо голландцев право на первенство в создании фре­гата до сих пор оспаривают англичане и французы. Первые доказывают, что в 1646 г. их кораблестроитель Питер Петт построил в Чатеме 32-пушечный «Уорвик». При скромных размерах — 28 м в длину и 9 м в ширину — он нес полное парусное вооружение корабля на трех мачтах, имея при этом открытую орудийную палубу и возможность использовать в безветрие весла.

Французы с такой постанов­кой вопроса не согласны и утверждают, что именно их кораблестроителям принадле­жит первенство в изобрете­нии фрегата. Но не какому-то конкретному человеку, а це­лой когорте мастеров на все руки — бретонским пиратам. Именно им, промышлявшим на атлантическом побережье Западной Европы, нужен был легкий на ходу, относительно мореходный и автономный, что куда более мощный и жи­вучий, нежели классическая шебека, корабль.

Впрочем, кто бы ни был автором появления фрегата как класса боевых парусных кораблей, во второй половине XVII в. такой класс уже, в принципе, сложился. И не просто сложился, а получил свои, присущие именно этому классу боевых кораблей, харак­терные черты.

Британский 121-пушечный линейный корабль «Виктория» на всех парусах. Он был не совсем остойчив даже на слабом волнении
Британский 121-пушечный линейный корабль «Виктория» на всех парусах. Он был не совсем остойчив даже на слабом волнении

Главнейшими из них были го­раздо более скромные, нежели у линейных кораблей, размеры  и весьма легкая конструкция. В среднем длина стандартного фрегата была лишь несколько больше половины длины стан­дартного линейного корабля. Именно из-за нее на корабле по каждому борту размещалось не более 10-12 пушек и орудия эти были малых калибров — 6-8-фунтовые. Как следствие, корпус этих кораблей отно­сительно мало возвышался над водой и имел небольшую осадку.

Возможно вам будет интересно: Создание и развитие классификации парусных кораблей

Казалось бы, данное обсто­ятельство было не в пользу данного класса боевых парус­ных кораблей. Однако реальная практика показала оправдан­ность именно такой конструк­ции. Дело в том, что скорость парусного корабля зависит, прежде всего, от площади парусов. Водоизмещение при этом имеет меньшее значение. Однако форма корпуса и осо­бенно его высота могут очень сильно влиять как на скорость, так и на остойчивость парус­ного корабля. Не случайно, поэтому долгое время именно линейные корабли были самы­ми скоростными парусными ко­раблями.

Прежде всего потому, что в их довольно приличном по размерам и адекватном с точки зрения гидродинамики (конеч­но, применительно к первому столетию развития линейных кораблей) корпусе удавалось разместить наиболее высокие мачты и наиболее развитое парусное вооружение. Однако в процессе развития линейных кораблей их корпус все под­нимался и поднимался над водой, что резко утяжеляло его и грозило опрокидыванием. Именно тогда кораблестрои­тели впервые столкнулись с проблемой, до сих пор являю­щейся их постоянной головной болью, — верхним весом.

Как следствие, дальнейшее увели­чение высоты мачт оказалось крайне опасным. Так как это се­рьезно влияло на остойчивость многопушечного корабля. Фрегаты в этом отношении оказались куда более привле­кательными. Стремясь сделать корпуса этих легких кораблей более прочными, так как нали­чие 20-24 пушек никого не удовлетворяло, кораблестроители строили более рационально.

Французский 40-пушечный фрегат «Клоринд» типа «Палас» постройки 1808 г.
Французский 40-пушечный фрегат «Клоринд» типа «Палас» постройки 1808 г.

На фрегатах шпангоуты боко­вого набора и бимсы палубы ставили чаще, чем на линейных кораблях. В результате получа­лась довольно прочная и отно­сительно тяжелая конструкция без возрастания ее высоты. Это приводило к тому, что на фрегатах постепенно увеличи­вали количество пушек и имели возможность ставить довольно высокие мачты с таким, как у линейных кораблей, развитым и совершенным парусным во­оружением. Именно с тех пор оно получило название кора­бельного, или фрегатского.

Рекомендуется к прочтению: Мощь российского флота: новинки ВМФ России

Более низкие фрегаты имели лучшую остойчивость, а отсут­ствие длинных рядов пушек на двух или трех закрытых батарейных палубах позволяло придать их оконечностям более острые обводы. Все эти меры способ­ствовали увеличению скорости и маневренности кораблей золотой середины.

Впрочем, низкий корпус перво­начально сыграл с фрегатами, правда, только с английскими, злую шутку. Стремясь сохра­нить подвижность этих кора­блей в любых условиях и при необходимости увеличивать их маневренность, кораблестро­ители сознательно пошли на оснащение этих кораблей вспо­могательным движителем — веслами. В результате даже на самых маленьких 20-пушечных фрегатах орудия располагались на двух палубах. По тра­диции у данного типа корабля на открытой верхней палубе находилась основная артилле­рийская мощь, а вот на нижней имелось лишь 4 пушки — по 2 с каждого борта, в носовых и кормовых портах. А 12-15 центральных портов пред­ставляли собой лишь вывод весел.

Казалось бы, неплохое решение: и ход в безветрие иметь можно, и маневренность при случае увеличить, и пара низко расположенных орудий получила возможность бить противника в его наиболее уяз­вимую — подводную часть. Однако такая конструкция ока­залась по определению оши­бочной. Во-первых, из-за малых размеров экипаж фрегатов был крайне малочисленным — всего 100-150 человек. Практически все из них обслуживали паруса, а остальные, как правило, пушки, количество которых, как и на линейных кораблях, росло от типа к типу.

Французский 32-пушечный фрегат «Сибиль» 2 января 1783 г.
Французский 32-пушечный фрегат «Сибиль» 2 января 1783 г.

Отсюда недостаток свободных рук, который оказался постоянным бичом британских фрегатов: моряки даже в самых благоприятных условиях просто не могли полноценно восполь­зоваться веслами. Во-вторых, установка основной массы артиллерии, тяжелой по опреде­лению, приводила к появлению на фрегатах проблемы верхнего веса, а значит, и уменьшению остойчивости.

Возможно вам будет интересно: Швартовка на море — особенности управления судном

Борьба с ней ве­лась традиционным методом: в трюмы клали все больше балласта. Но это еще больше утяжеляло конструкцию корабля и делало практически невозможным физическими уси­лиями матросов-гребцов даже сдвинуть его с места. Да и скоростные качества при такой кон­струкции фрегатов, идущих под парусами, страдали.

Впрочем, единственным преимуществом являлось то, что на нижней палу­бе можно было поставить более тяжелые 9-фунтовые пушки (также игравшие роль балласта), чем усилить мощь артиллерийского огня корабля, состоящую в первую очередь из обычных 6-фун­товых пушек, расположенных на открытой верхней палубе.

Расположение артиллерии на макете знаменитого французского 32-пушечного фрегата «Бель Поль», построенного в 1765 г.
Расположение артиллерии на макете знаменитого французского 32-пушечного фрегата «Бель Поль», построенного в 1765 г.

В других странах столь непро­думанный британский опыт не повторялся, так как все ведущие морские державы XVII—XVIII вв. Строили особую разновидность фрегатов — парусно-гребные гемамы, или галеасы. На пер­вый взгляд они были аналогами британских парусно-весельных кораблей. Однако гемамы пред­назначались для действий ис­ключительно у побережья либо в стесненных условиях, например у балтийских шхер, и потому корпуса имели принципиально иную конструкцию. Она не была рассчитана на повышенную сопро­тивляемость морской или оке­анской волне.

Рекомендуется к прочтению: Корабли парусного флота

Обводы корпусов гемамов были более полными, парусное вооружение менее развитым, а скорость соответ­ственно ниже, чем у обычных фрегатов. Но зато гемамы могли двигаться как под парусами, так и на веслах, а при необходимо­сти и используя оба движителя.

В отличие от фрегатов век гема­мов оказался недолгим — слиш­ком специфическими оказались эти корабли. А вот фрегаты стали поистине боевыми парусными универсалами. Задачи, которые на них возлагались, были крайне разнообразными:

  • наблюдение за положением и действиями неприятеля;
  • ведение разведки как у собственного побережья;
  • так и в открытом океане, дозор­ная служба у баз и при эскадрах на переходе морем;
  • проведение самостоятельных боевых опера­ций самого разного масштаба, отвлекающих силы противника от своих основных сил;
  • охрана свое­го флота от неожиданных встреч с вражескими кораблями;
  • до­ставка донесений, репетование сигналов флагмана и т. д.

Идеаль­ными фрегаты оказались и для выполнения крейсерских функций по борьбе с торговым судоходством противника. Прекрасно подходили они и для сражений с пиратами, и для защиты собственных морских и даже океан­ских коммуникаций.

К тому же постоянно растущая артиллерийская мощь фрегатов позволяла им в случае необходи­мости участвовать и в линейном бою наравне с многопушечными левиафанами. Более того, с на­чала XVIII в., когда количество орудий на фрегатах превысило 30 единиц, а их калибр стал не меньше 8 фунтов, специально строились и так называемые по английской терминологии ли­нейные фрегаты.

Еще одной быстро выяснив­шейся особенностью фрегатов стала их комфортабельность для офицерского состава, очень органично сочетавша­яся со всеми прочими преи­муществами, о которых было уже сказано, и прежде всего с мореходностью.

Возможно вам будет интересно: Линкор Парижская коммуна на страже Черноморских берегов

Фрегаты универсалы Англии и франции 

На протяжении XVII—XVIII вв. законодателями мод во фре­гатном кораблестроении были Великобритания, Нидерланды и Франция. И если голландская традиция строить фрегаты как просто уменьшенные и более скоростные аналоги линейных кораблей на протяжении двух веков осталась незыблемой, то британские и французские «одноклассники» быстро и бур­но, а главное, постоянно разви­вались.

В результате не только внешне, но и по вооружению данные корабли разительно от­ от­личались друг от друга. Причем не только по признакам, при­сущим национальным корабле­строительным школам.

Личность в истории

Легкий, но рациональный по конструк­ции и вместительный корпус, совер­шенное парусное вооружение и отлич­ные ходовые качества фрегата привле­кали внимание прогрессивно мыслящих морских офицеров. Одним из них был знаменитый француз Луи Антуан граф де Бугенвиль (1729-1811 гг.).

Луи Антуан граф де Бугенвиль (1729-1811)
Луи Антуан граф де Бугенвиль (1729-1811)

Луи Бугенвиль активно участвовал в Семилетней войне, командуя полком французских войск в Канаде. Вернув­шись во Францию, но поссорившись с королем Людовиком XV, он перешел во флот в звании капитана 1-го ранга. В 1763 г., командуя небольшим от­рядом, состоящим из фрегата «Орёл» и шлюпа «Сфинкс», отправился в на­учную экспедицию на юг Атлантики.

Рекомендуется к прочтению: В поисках Южной Неведомой Земли

Ее результатом стало открытие островов, которые до сих пор на всех картах обозначаются двойным названием — Фолклендские, или Мальвинские. Отважный француз в 1766 г. предпри­нял первую французскую кругосветную экспедицию. Она осуществилась также на двух кораблях: фрегате «Ворчунья» (La Boudeuse) и флейте «Звезда» (L’Etoile). Отплыв из Бреста, пройдя Магелланов пролив, корабли Л. Бугенвиля прошли по южным морям маршрут: Таити — Самоа — Гебридовы острова — архипелаг Бисмарка — Новая Гвинея — о. Мав­рикий. Обойдя мыс Доброй Надежды, корабли экспедиции Л. Бугенвиля благо­получно вернулись во Францию через два с половиной года после отплытия.

А после 1780 г. отважный француз начал организацию экспедиции к Северному полюсу. И снова, как и прежде, в своих расчетах сделал ставку на корабль универсального назначения — фрегат.

Фрегаты зачастую не были едины в соста­ве даже одного конкретного во­енного флота, что не мешало им оставаться во всех отношениях универсальными боевыми еди­ницами парусных соединений. Англичане весьма быстро оце­нили все преимущества фрега­тов, более того, в начале XVIII в. даже переоценили их. Как следствие, в 1706 г. британское адмиралтейство приняло положе­ние о типах, по которому предусматривалось строительство двух разновидностей фрега­тов. 20-пушечных, прототипом которых послужили корабли дюнкеркских или бретонских пи­ратов, и 30-пушечных, ставших прямыми наследниками знаме­нитого «Уорвика».

Кораблестро­ители и адмиралы Туманного Альбиона считали выбранный типаж идеальным почти во всех смыслах, и потому размеры и формы этих фрегатов были «законсервированы».

26-пушечный фрегат «Ворчунья» постройки 1766 г - герой первой французской кругосветной экспедиции под руководством Л. Бугенвиля
26-пушечный фрегат «Ворчунья» постройки 1766 г — герой первой французской кругосветной экспедиции под руководством Л. Бугенвиля

Однако с выбором форм корпу­сов и их размерами англичане серьезно ошиблись. Длинные и узкие корпуса бретонских корсарских кораблей идеально подходили для действий у побе­режья, где имели явные преиму­щества перед более габаритными и тяжеловооруженными много­пушечными кораблями. Развивая большую, нежели линейные ко­рабли, скорость, фрегаты уложе­ния 1706 г. оказались малоостойчивыми, а их мореходность явно не соответствовала условиям океанских переходов.

Располо­женные близко к воде пушечные порты в ветреную погоду изрядно заливались водой, не позволяя комендорам вести огонь и уж тем более ставя крест на использова­нии весел. Понимая ущербность такого по­ложения дел, англичане решили постепенно увеличивать ширину и усиливать прочность корпусов своих фрегатов. Одновременно 30-пушечные фрегаты, предна­значенные в том числе для ве­дения боя в линии, решено было довести до 40-пушечного значения.

Рекомендуется к прочтению: Центр вращения и его перемещение

Уложения о типах, из­данные в 1733 и 1741 гг., законо­дательно закрепляли эти новше­ства, равно как и артиллерийское вооружение фрегатов: 6-фунто­вые пушки для открытой палубы и 9-фунтовые — для закрытой.

Типичный фрегат первой половины XIX в.
Типичный фрегат первой половины XIX в.

Но к 1741 г. выяснилось, что отношение длины ново-построенных фрегатов к их ширине со­ставило 2,9:1, что было меньше, чем у первых линейных кораблей. И это произошло в ходе уже на­чавшейся Войны за австрийское наследство, в которой новейшим британским фрегатам пришлось ох как не сладко.

И в этой, и в последующих Семилетней войне и Войне за независимость североамери­канских колоний 1776-1783 гг. британские фрегаты все бои с французскими «одноклассни­ками» проиграли. И хотя только в ходе знаменитой Семилетней войны Королевский флот захва­тил дюжину французских фре­гатов (примерно столько же и в 1777-1783 гг.), все эти успе­хи связаны исключительно с действиями британских ли­нейных кораблей.

Исследуя конструкцию трофей­ных французских универсалов, англичане пришли к парадок­сальным выводам. С одной стороны, явно просматривались ошибки уложений 1706, 1733 и 1741 гг. — французы не по­боялись радикально увеличить размеры своих фрегатов при одновременном и довольно смелом облегчении их конструк­ции.

При этом как французы, так и их союзники испанцы по­стоянно экспериментировали с высотой мачт кораблей зо­лотой середины, площадью и расположением на них па­русов. Все это делало фран­цузские фрегаты куда более скоростными и сильнее воору­женными, чем их английские аналоги.

Возможно вам будет интересно: Размещение грузов на судне

Так, французы построили це­лые серии больших 28-36-пушечных фрегатов с двумя полноценными артиллерий­скими палубами: закрытой, на которой располагалось 8-12 тяжелых пушек калибром от 8 до 12 фунтов, и привычной открытой — с 6-фунтовками. Интересно, что конструкция этих кораблей была столь на­дежной, что уже в ходе начавшихся войн сначала французы, а потом и захватившие фран­цузские фрегаты англичане безбоязненно вооружали их орудиями одного крупного 12-фунтового калибра. Одновременно с этими кора­блями французы ввели в строй и группу малых фрегатов, обладающих всего одной и открытой батарейной палубой с 26 лег­кими орудиями.

Батарейная палуба французского 40-пушечного фрегата «Медуза»
Батарейная палуба французского 40-пушечного фрегата «Медуза»

Однако она располагалась непривычно высо­ко. Ниже ее на уровне ватерлинии или даже в подводной части корпу­са имелась еще одна, но не занятая артиллерией палуба. В результате удалось сде­лать корпус меньшей массы, но поставить на него более высокие мачты. И хотя кон­струкция корпуса малых французских фрегатов отличалась меньшей прочностью и основа­тельностью, чем на английских фрегатах, корабли получились весьма остойчивыми и море­ходными. Кроме того, хорошие обводы корпуса, увеличенная парусность делали новейшие французские фрегаты быстро­ходными, маневренными и легкими на ходу.

Все это позволяло француз­ским фрегатам в ходе боев без опасений действовать с подве­тренного положения, оставляя противнику более выгодное наветренное. Это давало воз­можность в случае получения повреждений просто развер­нуться по ветру и спокойно уйти от преследования, тогда как стоящий на ветре британский корабль в аналогичной ситуа­ции вынужден был беспомощно дрейфовать.

Казалось бы, все преимущества налицо, бери и копируй. Однако английские кораблестроители категорически отказались это сделать по причине того, что французские фрегаты не соот­ветствовали британским стан­дартам практически во всем.

Рекомендуется к прочтению: Драккары викингов

И действительно, если в Англии корабли строили из дорогой и долго вымоченной, а затем отлично высушенной древеси­ны, французские кораблестрои­тели делали свои фрегаты из более легких и плохо обра­ботанных пород дерева. Как следствие, корабли получались относительно непрочными, а их конструкции весьма легки­ми по креплениям, в том числе в области установки весьма высоких мачт. Это приводило к тому, что во время боя фран­цузские фрегаты сильно расша­тывало, в сочетании со слабым набором это грозило авариями и делало французские универ­сальные корабли весьма не­долговечными.

Впрочем, объяснение суще­ственной разницы английских и французских фрегатов лежало в области политики и тактики. Англичане строили фрегаты именно как многоцелевые и универсальные корабли с прицелом на долгую и бурную службу в разных климатических условиях. Конечно, основой их деятельности считалась кон­войная и крейсерская служба, но использоваться британский фрегат в зависимости от ситуа­ции мог и в иных ролях.

Потому-то их корпус отличался прочной конструкцией, выполненной из высококачественных мате­риалов, что обеспечивало им продолжительный срок службы. Последовательное увеличение размеров английских фрегатов, которое наблюдалось с 1742 г., сопровождалось увеличением объемов внутренних помеще­ний. В результате английские фрегаты имели больший бое­комплект и лучшие условия для размещения команды.

Чесапикское сражение. Произошло в устье Чесапикского залива 5 сентября 1781 г., между британским и французским флотами. Решающее сражение на море в американской Войне за независимость
Чесапикское сражение. Произошло в устье Чесапикского залива 5 сентября 1781 г., между британским и французским флотами. Решающее сражение на море в американской Войне за независимость

Французы же создавали свои фрегаты для крайне специфи­ческого применения. Их фре­гаты должны были в основном бороться с судоходством про­тивника и выполнять набеговые операции. В этих условиях край­не важными представлялись вы­сокая скорость хода и отличная маневренность. Легкий на ходу фрегат с большой парусностью и относительно длинным и узким корпусом, обладавшим к тому же весьма рациональными обводами, мог эффективно действовать при слабых ветрах.

Возможно вам будет интересно: Методы определения маневренных элементов крупнотоннажных судов

Это позво­ляло ему неожиданно оказаться там, где его никто не ждал, вы­полнить свою задачу и быстро уйти. Поэтому, если нападение, к примеру, шло на конвой, только сопровождение каравана торго­вых судов линейными кораблями позволяло отбить атаку француз­ского фрегата. Однако при сильном волнении и свежем ветре преимущества французских фрегатов быстро нивелировались. Их длинные, узкие и относительно низкие корпуса заливались водой и плохо резали волну.

Чтобы корабль не повело или не пере­вернуло сильным шквалом, с высоких мачт приходилось спускать паруса и манипули­ровать всего одним-двумя нижними ярусами вместо трех-­четырех имевшихся. Фактиче­ски французский универсал в таких условиях терял ход и по большому счету боеспособ­ность. Британские же фрегаты, наоборот, благодаря прочному, тяжелому и высокому корпусу более спокойно чувствовали себя при волнении. Их моряки активно использовали все или почти все парусное вооружение, что позволяло этим мореход­ным кораблям выполнять свои задачи и прибавлять ход даже в этой ситуации.

Корабли Азовского флота в период Керченского похода 1699 г. На переднем плане, по всей видимости, 24-пушечный фрегат
Корабли Азовского флота в период Керченского похода 1699 г. На переднем плане, по всей видимости, 24-пушечный фрегат

Однако англичане не были бы англичанами, если бы не попы­тались положительные качества своих противников использовать на Королевском флоте. Отцами нового британского фрегатного кораблестроения стали извест­ный кораблестроитель Томас Слейд и знаменитый адмирал Джордж Энсон. Хотя оба выдающихся деятеля британского фло­та ненавидели друг друга, в этой ситуации они выступили единым фронтом. В результате возник компромисс, который идеально устроил и моряков, и политиков, и адмиралтейство.

Рекомендуется к прочтению: Теплоход Старый большевик – легенда Северных морей

При незыблемости британских стандартов новым фрегатам Королевского флота придали «французские» обводы и до французских образцов увели­чили длину этого класса боевых кораблей. При этом корпус, как и прежде, отличался особой прочностью, имел более глубо­кую, чем у французов, осадку, что позволило еще более расши­рить внутренние помещения для экипажа, кладовые и увеличить запасы.

Более того, англичане осмелились перейти на универ­сальный для фрегатов мощный калибр — сначала 12 фунтов, а в конце века — даже 18. Фран­цузские же фрегаты долгое время оставались со смешанным артиллерийским вооружением, минимальный и основной калибр которого составлял 8 фунтов. Выработанный тип 28-, 32- и 44-пушечных фрегатов ока­зался настолько совершенным, что англичане их тиражировали вплоть до завершения парусной эпохи. А французы продолжали экспериментировать.

И хотя они создавали, по сути, велико­лепные фрегаты, преимуще­ство над английскими парусниками, теперь уже во всем универсальными, французские корабли держали всего 2-3 года. Именно столько времени легкая конструкция их корпусов, собранных из низко­качественной древесины, по­зволяла их экипажам ходить по морям и эффективно воевать.

Возможно вам будет интересно: Пароход Утопия — трагическая ошибка капитана

«Бель Поль»

Самым известным французским парусным фрегатом, вне со­мнения, является 32-пушечный «Бель Поль». Он был построен в Бордо в 1765-1767 гг. и стал первым в серии французских фрегатов типа «Презрительный» (Dedaigneuse).

Отличаясь самым совершенным по тому времени парусным во­оружением, этот корабль уже с момента своего рождения вошел в историю, так как на нем была осуществлена пер­вая успешная попытка покрыть подводную часть корпуса мед­ными листами во избежание коррозии и обрастания. С 1772 по 1776 г. фрегат принимает участие в гидрографических экспедициях в бассейнах Тихого и Индийского океанов. Именно тогда молодой Жан Лаперуз впервые обратил на себя вни­мание начальства.

Русское Великое посольство в Амстердаме
Русское Великое посольство в Амстердаме

С начала 1777 г. резко ухудша­ются отношения Франции с Ве­ликобританией из-за Войны за независимость североамери­канских колоний против Англии 1776-1783 гг. И хотя Франция еще официально не поддержала только что возникшие Соеди­ненные Штаты Америки, инци­денты с британским флотом происходили все чаще. В ходе одного из них 27 апреля 1777 г. «Бель Поль» столкнулся с бри­танским линейным кораблем, но легко уклонился от него и ушел в Брест.

В январе 1778 г. «Бель Поль» доставил Бенджамина Франкли­на назад в США (в ходе своей миссии знаменитый американ­ский просветитель, политик и дипломат заключил с Франци­ей военный союз против Ве­ликобритании).

По пути в Аме­рику два британских линейных корабля: 74-пушечные «Гектор» и «Корейджес» — попытались остановить и досмотреть французский фрегат. Однако его командир Шарль де Бер­нар де Мариньи в жесткой, но дипломатичной форме не позволил британцам осмотреть свой корабль. В итоге англичане изви­нились, и через 36 дней фрегат вернулся в Брест.

Рекомендуется к прочтению: Предупреждение столкновений судов

Вскоре после объявления войны «Бель Поль» вместе с 26-пушечным фрегатом «Единорог» и двумя корвета­ми отправился на разведку и 17 июня 1778 г. столкнулся с британской эскадрой. От нее отделился 36-пушечный английский фрегат «Аретуза», который и ринулся на «Бель Поль». При этом английская эскадра из 6 кораблей 3-го ранга стояла в линии баталии и время от времени обстре­ливала французский отряд.

В результате завязавшегося боя французский фрегат, поте­ряв 72 человека своего экипа­жа, вынудил англичанина с по­вреждениями отойти. Этот бой стал настолько известным во Франции, что дамы из высшего общества изобрели прическу «Бель Поль», венчала которую фигура корабля. В дальнейшем знаменитый фрегат крейсировал в Атлантике, где с сентября по октябрь 1778 г. захватил 5 английских торговых кораблей, занимался конвойной и дозорной службой.

Пётр I в костюме голландского кораблестроителя в 1697-1698 гг.
Пётр I в костюме голландского кораблестроителя в 1697-1698 гг.

Вечером 14 июля 1780 г. британский 64-пушечный линейный корабль «Нонсоуч» недалеко от устья Луары обнаружил три французских корабля. Пользуясь ветром с моря и уходящим на запад солнцем, английский корабль 3-го ранга неожиданно вышел на французский отряд и открыл огонь. Наиболее близко к противнику находился фре­гат «Бель Поль», который смело вступил в бой с британским линейным кораблем.

За два часа сражения, потеряв треть своего экипажа, «Бель Поль» был за­хвачен, но своим подвигом дал возможность уйти 32-пушечному фрегату «Эмабль» и 20-пушечному корвету «Россиноль». Захваченный трофей с 1781 г. всего 21 месяц служил в Коро­левском флоте под своим же наименованием, после чего был обращен в транспорт и только в 1801 г. разобран.

Возможно вам будет интересно: Особенности управления судами при расхождении с другими судами

Эволюция русских фрегатов 

Фрегат как универсальный корабль быстро привлек к себе внимание кораблестроителей молодого русского регулярного военно-морского флота. Интересно, что до сего дня первым, по сути, русским фрегатом счи­тается корабль, построенный для голландского флота. Дело в том, что в 1697 г. юный русский царь Пётр под именем плотника Петра Михайлова трудился на верфи в нидерландском городе Саардаме у известного в то время голландского мастера Гаррита Класа Поля.

Именно под его руководством Петром I был построен 44-пушечный фрегат «Пётр и Павел». Не­сколько ранее, в 1694 г., для Беломорской флотилии в Голландии был куплен 44-пушечный фрегат «Святое пророчество», по образцу которого в России началось строительство не только классических фрегатов, но и торговых кораблей. Фрегаты строились и для перво­го оперативно-стратегического объединения регулярного рус­ского военного флота — Азов­ского. Здесь они создавались разными мастерами, которые руководили строителями и плотниками, почти не имев­шими опыта кораблестроения.

52-пушечный фрегат «Паллада»
52-пушечный фрегат «Паллада»

А потому фрегаты Азовского флота (всего построено 12, а еще 4 достроены не были) получились абсолютно разными как по внешнему виду, так и по конструкции и числу пушек — от 22 до 48. К сожалению, судь­ба их была незавидной: все они пришли в негодность еще до сдачи Азова туркам в 1712 г. Примечательно, что первыми кораблями Азовского флота стали парусно-гребные гемамы «Апостол Пётр» и «Апостол Павел», построенные в Во­ронеже и более чем совершенные по тому времени.

Рекомендуется к прочтению: Виды парящих судов на подводных крыльях

Гораздо больше повезло фрега­там Балтийского флота, хотя часть из них строились не на Балтике, а на архан­гельских вервях, а часть, как и линейных кораблей, закупалась в Англии, Нидер­ландах и немецких государ­ствах. Первым же фрегатом Балтийского флота и чисто русской постройки (от проекта до эксплуатации) является зна­менитый 28-пушечный «Штан­дарт», введенный в строй в 1703 г. Всего при Петре Ве­ликом Балтийский флот должны были пополнить 34 фрегата с числом пушек от 24 до 44.

Из этого числа 6 кораблей были куплены в Нидерландах, 2 — в Англии, 1 — в Германии, 5 фрегатов были построены в Архангельске, 5 — в Санкт-Петербурге, 11 — в Олонце и 4 — на верфи в Сяском рядке. Правда, 1 фрегат был введен в строй уже после смерти соз­дателя русского флота, а еще один так и не достроили.

Линкор «Вахмейстер» сражается против русской эскадры. Людвиг Рихард. 1719 г.
Линкор «Вахмейстер» сражается против русской эскадры. Людвиг Рихард. 1719 г.

Два фрегата архангельской постройки: «Святой дух» и «Ку­рьер» — тайно от шведов и не­ожиданно для них же волоком перетащили из Белого моря в Ладожское озеро. Именно благодаря артиллерии этих кораблей удалось взять шведскую крепость Шлиссельбург (рус­ский Орешек) и выйти в Неву, а по ней уже и на Балтику.

Строящиеся на верфях Олонца, Сяского рядка и новой столицы России фрегаты конструктивно относились к двум типам: 28-пушечному «Штандарту» (постро­ено было 10 кораблей) и 32-пушечным типа «Олифант» (7) и типа «Крейсер» (5). Ввиду осо­бой военно-стратегической, да и экономической ситуации, кото­рая сложилась для России в ходе Северной войны 1700-1721 гг.,  русские фрегаты также, как и  французские, строились из плохо высушенного и слабо обработанного дерева разных пород. На это шли сознательно, ибо корабли были нужны, что на­зывается, вчера.

Правда, была у российских фрегатов, но уже Екатеринин­ской эпохи, еще одна разно­видность, которая во флотах иных держав появилась только через 100 лет. Речь идет об особом подклассе кораблей золотой середины — учебных фрегатах. В 1765-1766 гг. в Санкт-Петербурге выдаю­щимся мастером Выбе Ямесом был построен 10-пушечный фрегат «Надежда». Артиллерийской мощью корабля сознательно пожертвовали с целью обеспечить кадетам Морского корпуса нор­мальные условия нахож­дения на борту учебного фрегата.

Современная модель трехмачтового фрегата
Современная модель трехмачтового фрегата

Конструкция корабля была предельно упрощена для лучшей организации учебного процесса будущих офицеров Российского флота. Вот только построен данный корабль был из плохо высушенного дерева, что и определило недолгий срок его службы — в 1774 г. первый в мире учебный фрегат был разобран из-за ветхости.

Возможно вам будет интересно: Паромы, фрегаты и суда для прогулок

К концу первой четверти XIX в. фрегат в русском флоте достиг предела своего совершенства. Эти корабли стали строить из прочных и долговечных пород дерева, предварительно нуж­ным образом высушив и об­работав его. Стало ясно, что гнаться за количеством фрега­тов в составе флота не следу­ет. Гораздо важнее построить корабль, который был бы уни­версальным и служил бы там, где это необходимо. Потому новейшие фрегаты 1830-1840-х гг. постройки отличались из­ящными формами, идеальными пропорциями, стремительным и завораживающим внешним видом, самым совершенным по тому времени парусным вооружением и чрезвычай­но прочным и одновременно легким корпусом. Их подводная часть обшивалась медными листами, что уменьшало корро­зию и увеличивало скорость.

На вооружение фрегатов посту­пили новейшие и мощные 24- и 32-фунтовые длинностволь­ные пушки, число которых должно было быть не меньше 44. Одновременно на кораблях удалось создать и весьма ком­фортные условия для пребыва­ния всего экипажа — от просто­го матроса до командира или пассажиров, в числе которых мог быть и император. Классическим образцом рус­ского фрегата завершающих стадий парусной эпохи является  теория 44-пушечных «богинь»: Аврора», «Диана», «Паллада» и т д., построенных на охтинской верфи по проекту выдающегося морского корабела полковника Вениамина Стокке. Несмотря на название «44-пушечные», в за­висимости от ситуации эти суда могли нести от 52 до 56 мощных орудий, развивая при этом среднюю скорость в 12 узлов.

Американские фрегаты

Как это ни странно, но самые совершенные фрегаты были созданы не в Европе, а в Соединенных Штатах Америки. И это далеко не случайно.

Отец военно-морских сил США Джон Поль Джонс. 1780 г.
Отец военно-морских сил США Джон Поль Джонс. 1780 г.

Фрегат стал первым боевым кораблем, поступившим на воору­жение молодого военно-мор­ского флота США. Уже в 1778 г. в Амерсби (штат Мэриленд) был построен первый 36-пушечный американский фрегат «Альянс». В результате миссии Бенджами­на Франклина во Францию там на деньги частных лиц удалось приобрести несколько боевых кораблей, включая два фрегата: 42-пушечный «Бон Ришар» и 32-пушечный «Палас». Коман­довать новоиспеченным отря­дом конгресс назначил моло­дого, но уже опытного моряка Джона Поля Джонса (1747-1792 гг.), ставшего по праву отцом военного флота США.

Рекомендуется к прочтению: Арктик и Веста – встреча в тумане

При знакомстве с современ­ными американскими универ­сальными военными кораблями нельзя не заметить, что все они названы в честь лиц, которые хоть что-то сделали для флота США или хоть как-то прослави­ли его. Причем в одном списке могут быть фамилии и знамени­тых адмиралов, которых знает весь мир, и мало кому известных простых офицеров и даже ма­тросов. А начало этой традиции положили события, имевшие место в самом начале XIX в., ког­да США впервые решили отсто­ять свои интересы за пределами собственной страны.

Реплика первого фрегата русского балтийского флота «Штандарт», построенная в 1999 г. в России
Реплика первого фрегата русского балтийского флота «Штандарт», построенная в 1999 г. в России

Долгое время судоходству прак­тически всех стран, в том числе только-только ставшему на ноги американскому, угрожали североафриканские, или бер­берские, пираты. И вот в начале 1793 г. они захватили дюжину американских судов и потре­бовали за них гигантский вы­куп — 1 млн долларов. Поскольку у правительства США таких денег не было, пришлось обратиться к ростовщикам.

И это вызвало бурю возмуще­ния в обществе. Призыв «Лучше миллион на оборону, чем цент на дань» дошел и до Конгресса, который в 1794 г. принял про­грамму строительства четырех 44-пушечных и трех 38-пушечных фрегатов. На них выделили 100 тысяч долларов, еще столь­ко же было добровольно пожертвовано. И хотя на програм­му отводилось полтора года, реализовывать ее американцы не спешили и закончили лишь через 10 лет.

Правда, уже в 1801 г. все, что успели построить, отправили в Средиземное море. И здесь эскадра из трех фрегатов и 12-пушечного шлюпа под ко­мандованием командора Ричар­да Дейла стала давать отпор пиратам. Поначалу все получалось. Но 31 октября 1803 г. фрегат «Филадельфия» под командо­ванием Уильяма Бейнбриджа, погнавшись за пиратами, сел на мель прямо у входа в гавань Триполи. Экипаж сдался в плен, а новейший фрегат был захвачен пиратами, которые через два дня волею случая сняли его с мели. Дабы новейший боевой корабль не смог обратить орудия против своих же собратьев, маленький отряд добровольцев во главе с лейтенантом С. Дикейтором 4 февраля 1804 г. тайно проник в гавань Триполи на захвачен­ной ранее у пиратов шебеке и сжег «Филадельфию».

Уничтожение фрегата «Филадельфия» в гавани Триполи добровольцами С. Дикейтора 4 февраля 1804 г.
Уничтожение фрегата «Филадельфия» в гавани Триполи добровольцами С. Дикейтора 4 февраля 1804 г.

Эту акцию знаменитый адмирал Г. Нельсон назвал «храбрейшим подвигом столетия». В честь юного лейтенанта, моментально ставшего капитаном 1-го ранга (кэптеном), в XX в. был назван эсминец флота США (равно как и в честь командующих амери­канской средиземноморской эскадрой — Р. Дейла и его преемника Э. Пребла), а имя храброго неудачника У. Бейнбриджа увековечено в назва­нии атомного крейсера, лишь недавно покинувшего списки американского флота.

Берберская кампания, которую в 1805 г. закончили компромис­сом (экипаж Бейнбриджа был отпущен, но США продолжили ежегодно выплачивать пиратам дань — 60 тыс. долларов), по­казала, что бойкое американ­ское судоходство в Атлантике, Карибском и Средиземномор­ском бассейнах следует качественно защищать. Поскольку вопрос о линейных кораблях решался крайне медленно и неохотно, американские адмиралы решили обойтись универсальными фрегатами, вот только по характеристикам они должны были быть лучшими в мире.

Создатель американских, или бостонских, фрегатов Джошуа Хамфрейс заложил в них прин­цип, который в 1920-х гг. привел к созданию знаменитых не­мецких «карманных» линкоров: «Быть быстрее более сильного и сильнее более быстрого про­тивника». Но как это сделать на парусном корабле, причем среднего водоизмещения и раз­меров, конструкция которого и так достигала видимых преде­лов совершенствования?

Первый морской бой военно-морского флота США: фрегат «Бон Ришар» под командованием Джона Поля Джонса против британского 44-пушечного корабля «Серапис». 23 сентября 1779 г. Гравюра по мотивам картины Ричарг: Патона (1780 г.)
Первый морской бой военно-морского флота США: фрегат «Бон Ришар» под командованием Джона Поля Джонса против британского 44-пушечного корабля «Серапис». 23 сентября 1779 г. Гравюра по мотивам картины Ричарг: Патона (1780 г.)

Понимая это, Д. Хамфрейс по­шел на радикальное увеличение длины корпусов запланирован­ных к строительству американ­ских фрегатов. В то время экс­периментировали с удлинением корпусов лишь французы, со­храняя свои методы в строжай­шем секрете. Однако с учетом разнобоя французских длинных кораблей было очевидно, что четкой и выверенной технологии, кораблестроители с Сены и Луары не имеют. Потому американ­ским конструкторам пришлось искать свои решения. И они их нашли.

Рекомендуется к прочтению: Корабли Военно-Морских Сил Соединённых Штатов Америки в Чёрном море

Прежде всего, Д. Хамфрейс выбрал особый строительный материал — крайне прочный и долговечный белый амери­канский, или виргинский, дуб — заветную мечту европейских кораблестроителей. На строительство каждого фрегата, ушло до 4000 стволов этих реликто­вых деревьев. Все связи на ко­рабле решено было выполнять с помощью хоть дорогих, но также долговечных и не под­верженных коррозии медных гвоздей. А набор на фрегатах с использованием указанных строительных материалов решено было ставить такой же как и на линейных кораблях.

Этим убивали сразу двух зай­цев: во-первых, укрепляли конструкцию фрегатов, а во-вторых, отрабатывали техно­логию строительства мощных линейных кораблей, которых, правда, было построено очень мало.

Все эти меры позволили Д. Хамфрейсу пойти на резкое увеличение длины изящных и прочных фрегатских корпусов на 15 м по сравнению с при­нятыми тогда в Европе стан­дартами. В итоге длина бостон­ских фрегатов соотносилась с шириной почти как 5:1, что в сочетании с совершенным парусным вооружением (мачты высотой 56 м и общая пло­щадь парусов почти в 4000 м2 при длине корпуса корабля между штевнями 62 м и ширине 13,6 м) обеспечивало скорость до 14 узлов (лучший русский фрегат «Паллада» — более 12 узлов).

Правда, управлять кораблем с такой парусностью было очень непросто, однако американские фрегаты даже на спокойной воде и в слабый ветер развивали скорость 4-5 узлов.

Парусный фрегат «Конститьюшн»
Парусный фрегат «Конститьюшн»

Американские фрегаты, как пра­вило, проектировались на 44 орудия, но их конструкция позволяла всегда ставить от 50 до 70 пушек 12- и 24-фунтовых. При этом, понимая, что амери­канским морякам, возможно, придется столкнуться с линей­ными кораблями европейских стран, на фрегаты ставили ис­ключительно длинноствольные, а значит, и дальнобойные орудия, а артиллеристов учили быстро и прицельно стрелять, причем на колоссальную по тем временам дистанцию — 2 км.

Возможно вам будет интересно: Балтийский морской флот

И хотя сами пушки были сдела­ны из низкокачественного ме­талла (единственный известный недостаток бостонских фрега­тов), американские артиллери­сты стали помещать заряды в прообраз будущих гильз, чем резко увеличили скорострель­ность своих орудий. Эти решения оказались полностью оправданными.

В 1812-1814 гг. шла англо-американская война. Хотя ее масштаб никак не походил на грандиозные события наполео­новских войн, бушевавших тогда в Европе, американские моряки на своих фрегатах вынуждены были воевать с английскими линейными кораблями и вышли победителями именно из-за превосходства в артиллерии и скорости.

Бостонские фрегаты пользо­вались любовью американских моряков многих поколений, даже несмотря на то, что усло­вия службы на них были далеко не идеальными. Так, по проекту экипаж фрегатов должен был включать 378 матросов и офи­церов, а реально он составлял 490 персон.

Знаменитый фрегат «Конститьюшн» в Бостонской гавани в одном строю с современными боевыми кораблями и самолетами военно-морских сил США. 1997 г.
Знаменитый фрегат «Конститьюшн» в Бостонской гавани в одном строю с современными боевыми кораблями и самолетами военно-морских сил США. 1997 г.

Впрочем, добротно построенные фрегаты Джошуа Хамфрейса без проблем служи­ли по 50 и более лет. А самый известный из них — «Консти­тьюшн», построенный в 1797 г. и прослуживший более 150 лет, до нынешнего дня числится в списках военно-морского фло­та США. Он до сих пор является полностью действующим, хотя с 1947 г. одновременно числится как корабль-музей в Бостоне.

Декабрь, 01, 2018 47 0
Читайте также